Нужны лишь мир легкие налоги и терпимость в управлении кто сказал

Опубликовано: 29.09.2022

Адам Смит родился в 1723 г. в маленьком городке Керколди, близ Эдинбурга. Его отец, таможенный чиновник, умер за несколько месяцев до рождения сына. Адам был единственным ребенком молодой вдовы, и она посвятила ему всю жизнь. Мальчик рос хрупким и болезненным, сторонясь шумных игр сверстников. Семья жила небогато, но и настоящей нужды не знала. К счастью, в Керколди была хорошая школа и учитель, не забивавший, по примеру многих, головы детей только цитатами из библии и латинскими спряжениями. Кроме того, Адама с детства окружали книги. Таковы были первые зачатки той необъятной учености, которая отличала Смита.

Правда, Смит не получил, по понятным причинам, такого блестящего образования, как аристократ Тюрго. Он, в частности, никогда не имел хорошего учителя французского языка и так и не научился как следует говорить на нем, хотя читал свободно. Древние языки, без которых в XVIII в. нельзя было обойтись образованному человеку, он в значительной мере осваивал уже в университете (особенно древнегреческий).

Очень рано, в 14 лет (это было в обычаях того времени), Смит поступил в Глазговский университет. После обязательного для всех студентов класса логики (первого курса) он перешел в класс нравственной философии, выбрав тем самым гуманитарное направление. Впрочем, он занимался также математикой и астрономией и всегда отличался изрядными познаниями в этих областях. К 17 годам Смит имел среди студентов репутацию ученого и несколько странного малого. Он мог вдруг глубоко задуматься среди шумной компании или начать говорить с самим собой, забыв об окружающих. Эти маленькие странности остались у него на всю жизнь. Успешно окончив в 1740 г. университет, Смит получил стипендию на дальнейшее обучение в Оксфордском университете. Стипендия выплачивалась из наследства одного богача-благотворителя. В Оксфорде он почти безвыездно провел шесть лет.

Профессора и надзиратели тщательно следили за чтением студентов, изгоняя вольнодумные книги. Жизнь Смита в Оксфорде была тяжелой, и он всегда вспоминал свой второй университет с неприязнью. Он тосковал и к тому же часто болел. Опять его единственными друзьями были книги. Круг чтения Смита был очень широк, но никакого особого интереса к экономической науке он в то время еще не проявлял. Бесплодность дальнейшего пребывания в Англии и политические события (восстание сторонников Стюартов в 1745- 1746 гг.) заставили Смита летом 1746 г. уехать в Керколди, где он прожил два года, продолжая заниматься самообразованием. Во время одной из своих поездок в Эдинбург он произвел столь сильное впечатление на Генри Хьюма (позже - лорд Кеймс), богатого помещика и мецената, что тот предложил молодому ученому прочитать цикл лекций по английской литературе. В дальнейшем тематика лекций Смита, имевших значительный успех, изменилась. Их основным содержанием стало естественное право; это понятие включало в XVIII в. не только юриспруденцию, но и политические учения, социологию, экономику. Первые проявления специального интереса Смита к политической экономии также относятся к этому времени.

Видимо, в 1750-1751 гг. он уже высказывал основные идеи экономического либерализма. Во всяком случае, в 1755 г. он писал, особо оговариваясь, что эти мысли восходят к его лекциям в Эдинбурге: "Человек обычно рассматривается государственными деятелями и прожектерами (т. е. политиками. - А. А.) как некий материал для политической механики. Прожектеры нарушают естественный ход человеческих дел, надо же предоставить природу самой себе и дать ей полную свободу в преследовании ее целей и осуществлении ее собственных проектов. Для того чтобы поднять государство с самой низкой ступени варварства до высшей ступени благосостояния, нужны лишь мир, легкие налоги и терпимость в управлении; все остальное сделает естественный ход вещей. Все правительства, которые насильственно направляют события иным путем или пытаются приостановить развитие общества, противоестественны. Чтобы удержаться у власти, они вынуждены осуществлять угнетение и тиранию" ( Цит. по W. R. Scott. Adam Smith as Student and Professor. Glasgow. 1937, p. 53-54.).

Это язык прогрессивной буржуазии XVIII в. с ее строгим отношением к государству, еще далеко не сбросившему свою феодальную шкуру. В отрывке чувствуется мужественный, энергичный стиль, характерный для Смита. Это уже тот самый Смит, который в "Богатстве народов" с гневным сарказмом коснется "того коварного и хитрого создания, в просторечии называемого государственным деятелем или политиком, решения которого определяются изменчивыми и преходящими моментами" ( А. Смит, Исследование о природе и причинах богатства народов. М, Соцэкгиз, 1962, стр. 341.). Думается, здесь не только отрицательное отношение буржуазного идеолога к тогдашнему государству, но и просто глубокая неприязнь интеллигента-демократа к бюрократам и политиканам.

В 1751 г. Смит переехал в Глазго, чтобы занять там место профессора в университете. Сначала он получил кафедру логики, а потом - нравственной философии, т. е. общественных наук. В Глазго Смит прожил 13 лет, регулярно проводя 2-3 месяца в году в Эдинбурге. В старости он писал, что это был счастливейший период его жизни. Он жил в хорошо знакомой ему и близкой среде, пользуясь уважением профессоров, студентов и видных горожан. Он мог беспрепятственно работать, и от него много ждали в науке. У него появился круг друзей, и он начал приобретать те характерные черты британца-холостяка и "клабмена" (клубного человека), которые сохранились у него до конца дней.

В 1759 г. Смит опубликовал свой первый большой научный труд - "Теорию нравственных чувств". Эта книга - этап становления философских и экономических идей Смита.

Видное место в его учении занимает антифеодальная идея равенства. Каждый человек от природы равен другому, поэтому принципы морали должны применяться одинаково ко всем.

Однако Смит исходил из абсолютных, "естественных" законов поведения людей и весьма смутно представлял себе, что этика определяется в своей основе социально-экономическим строем данного общества. Поэтому, отвергнув религиозную мораль и "врожденное нравственное чувство", он поставил на их место другой абстрактный принцип - "принцип симпатии". Он думал объяснить все чувства и поступки человека по отношению к другим людям его способностью "влезать в их шкуру", силой воображения ставить себя на место других людей и чувствовать за них. Как бы талантливо и порой остроумно ни разрабатывалась эта идея, она не могла стать основой научной материалистической этики. "Теория нравственных чувств" не пережила XVIII в., не она обессмертила имя Смита, а, напротив, слава автора "Богатства народов" предохранила ее от забвения.

Адам Смит

Адам Смит

Между тем уже в ходе работы над "Теорией" направление научных интересов Смита заметно изменилось. Он все глубже занимался политической экономией. К этому его толкали не только внутренние склонности, но и запросы времени. В торгово-промышленном Глазго экономические проблемы особенно властно вторгались в жизнь. Существовал своеобразный клуб политической экономии, где толковали о торговле и пошлинах, заработной плате и банковом деле, условиях аренды земли и колониях. Скоро Смит стал одним из виднейших членов этого клуба. Знакомство и дружба с Юмом также усилили интерес Смита к политической экономии.

В конце прошлого века английский ученый-экономист Эдвин Кэннан обнаружил и опубликовал важные материалы, бросающие свет на развитие идей Смита. Это были сделанные каким-то студентом Глазговского университета, затем слегка отредактированные и переписанные записи лекций Смита. Судя по содержанию, эти лекции читались в 1762- 1763 гг. Из них ясно, что курс нравственной философии, который читал Смит студентам, превратился к этому времени, по существу, в курс социологии и политической экономии. Он высказывал ряд замечательных материалистических мыслей, например: "До тех пор, пока нет собственности, не может быть и государства, цель которого как раз и заключается в том, чтобы охранять богатство и защищать имущих от бедняков" ( A. Smith. Lectures on Justice, Police, Revenue and Arms, ed. by E. Cannan. Oxford, 1896, p. 15.). В экономических разделах лекций можно легко различить зачатки идей, получивших развитие в "Богатстве народов".

В 30-х годах XX столетия была сделана другая любопытная находка: набросок первых глав "Богатства народов". Английские ученые датируют этот документ 1763 г. Здесь тоже имеется ряд важных идей будущей книги: роль разделения труда, понятие производительного и непроизводительного труда и т. д. В этих работах содержится также весьма острая критика меркантилизма и обоснование принципа laissez faire.

Таким образом, к концу своего пребывания в Глазго Смит уже был глубоким и оригинальным экономическим мыслителем. Но он еще не был готов к созданию своего главного труда. Трехлетняя поездка во Францию (в качестве воспитателя юного герцога Баклю) и личное знакомство с физиократами завершили его подготовку.

Интересно, что при такой трактовке хозяйственной жизни всякие действия правительств по экономическому регулированию следует оценивать лишь негативно, т. к. они нарушают эффективную работу "невидимой руки" рынка и приводят к замедлению процесса накопления капитала и как результат – к снижению производительности труда. "Для того чтобы поднять государство с самой низкой ступени варварства до высшей ступени благосостояния, нужны лишь мир, легкие налоги и терпимость в управлении; все остальное сделает естественный ход вещей", – писал А. Смит. Отсюда со времени А. Смита и до наших дней пользуется популярностью девиз проведения экономической политики по принципу "laissez faire", что означает "пусть все идет само собой, естественным образом, без внешнего принуждения". Смит был сторонником механизма рыночного саморегулирования на основе свободных цен, складывающихся в зависимости от спроса и предложения.

О том, насколько многогранным было проникновение А. Смита в экономическую теорию, свидетельствует содержание его фундаментального труда "Исследование о природе и причинах богатства народов", состоящего из пяти книг:

1) "Причины увеличения производительности труда и порядок, в соответствии с которым его продукт естественным образом распределяется между классами народа";

2) "О природе капитала, его накоплении и применении";

3) "О развитии благосостояния у разных народов";

4) "О системах политической экономии (очерк истории экономических учений)"; 5) "О доходах государя, или государства (учение о финансах)".

Адам Смит не только вписал свое имя золотыми буквами в историю экономической науки, но и вошел в нее как первооткрыватель, заслуживший титул "отца экономики".

Значение экономической концепции, предложенной А. Смитом, настолько велико, что остается лишь сослаться на высказывание по этому поводу историка Генри Бокля, автора "Истории цивилизации в Англии". Он писал: "Об Адаме Смите можно сказать, не боясь опровержения, что этот одинокий шотландец изданием одного сочинения больше сделал для благоденствия человечества, чем было когда-либо сделано совокупно взятыми способностями всех государственных людей и законодателей, о которых сохранились достоверные сведения в истории".

29. Учения Т. Мальтуса

Изданный в 1798 г. трактат Т. Мальтуса "Опыт о законе народонаселения" произвел и производит на читающую публику такое сильное впечатление, что полемики об этой работе ведутся по настоящее время. Англичанин Т. Мальтус, представитель классической школы, внес яркий, оригинальный вклад в экономическую науку. Диапазон оценок в этих дискуссиях максимально широк: от "гениальное предвидение" до "антинаучный бред".

Т. Мальтус первым попробовал и предложил теорию, описывающую закономерности изменения численности населения, хотя он был не первым, кто писал о демографических проблемах. Уже в те времена была предъявлена масса претензий к его системам доказательств и статистических иллюстраций. В XVIII–XIX вв. теория Т. Мальтуса стала известна главным образом благодаря тому, что ее автор впервые предложил опровержение широко распространенного тезиса о том, что путем социального реформирования человеческое общество может быть усовершенствовано. Для экономической же науки трактат Т. Мальтуса ценен теми аналитическими выводами, которые были впоследствии использованы другими теоретиками классической и некоторых других школ.

Т. Мальтус изучал вопросы, связанные с закономерностями изменения численности населения, что не рассматривалось А. Смитом. Главное внимание основатель классической школы уделял изучению закономерностей и условий роста объема производства, исходил из того, что материальное богатство общества представляет собой соотношение между объемом предметов потребления и численностью населения.

Человечество обзаводится потомством с очень высокой скоростью, в геометрической прогрессии. С позиции Т. Мальтуса, существует противоречие между "инстинктом продолжения рода" и ограниченностью земель, пригодных для сельскохозяйственного производства. Земледелие, а только оно производит необходимые для людей продукты питания, способно производить эти продукты с гораздо меньшей скоростью, в арифметической прогрессии. Следовательно, любое увеличение объема производства продуктов питания будет раньше или позже поглощено увеличением численности населения. Таким образом, причиной бедности является соотношение темпов прироста населения и темпов прироста жизненных благ. Любая попытка улучшить условия жизни путем социального реформирования сводится тем самым на нет возрастающей людской массой.

Т. Мальтус связывает сравнительно низкие темпы прироста продуктов питания с действием т. н. закона убывающего плодородия почв.

Значение этого закона состоит в том, что количество земельных угодий, пригодных для сельскохозяйственного производства, ограничено. Объем производства может расти лишь за счет экстенсивных факторов, и каждый следующий земельный участок включается в хозяйственный оборот все с большим количеством затрат, естественное плодородие каждого следующего земельного участка ниже, чем предыдущего, а поэтому общий уровень плодородия всего земельного фонда в целом имеет тенденцию к снижению. Прогресс в области технологии сельскохозяйственного производства вообще идет очень медленно и не способен компенсировать снижение плодородия.

Природа, награждая людей способностью к безграничному размножению, через экономические процессы налагает на род человеческий ограничители, которые регулируют рост численности. К этим ограничителям Т. Мальтус относит: ограничители морального характера и слабость здоровья, которые приводят к снижению рождаемости, а также порочную жизнь и нищету, которые приводят к росту смертности. Снижение же рождаемости и рост смертности в конечном итоге определяются ограниченностью средств к существованию.

Из такой постановки проблемы в принципе можно сделать совершено различные выводы. Некоторые комментаторы и толкователи Т. Мальтуса увидели в его теории человеконенавистническую доктрину, которая оправдывает нищету и призывает к войнам как методу ликвидации излишнего населения.

Другие считают, что Т. Мальтус заложил теоретические основы политики "планирования семьи", которая широко используется в последние тридцать лет во многих государствах мира. Сам же Т. Мальтус лишь всячески подчеркивал только одно – необходимо каждому человеку заботиться о себе самом и полностью отвечать за свою непредусмотрительность.

30. Учения Д. Риккардо

Д. Риккардо только в 30 лет опубликовал свою первую работу. Он является представителем классической школы. Д. Риккардо не получил системного образования и был профессиональным биржевиком. Сколотив приличное состояние, он увлекся философскими и экономическими теориями. Самым крупным произведением Д. Риккардо стала опубликованная в 1817 г. работа "Начала политической экономии и налогового обложения". Став в 1819 г. членом парламента, он принимал участие в разработке многих законодательных актов экономического характера. Д. Риккардо внес значительный вклад в разработку и уточнение разнообразных характерных проблем экономической теории, являясь строгим последователем А. Смита и Т. Мальтуса. Исходя из трудовой теории стоимости и общей концепции классического анализа, им была предложена теория "сравнительных издержек" (сравнительных преимуществ), которая стала теоретической основой политики "фритредерства" (свободной торговли) и в современных вариантах используется для обоснования и разработки т. н. политики открытой экономики.

Суть этой теории заключается в том, что экономика каждой страны начинает постепенно специализироваться на производстве тех товаров, изготовление которых требует меньших затрат рабочего времени в том случае, если правительства различных стран не налагают каких-либо ограничений на внешнюю торговлю друг с другом (пошлин, законодательных запретов на экспорт или импорт и т. д.).

Это приводит к более эффективному использованию ресурсов и обеспечивает более высокий объем производства, чем до специализации. Продавая часть дополнительно произведенной продукции, нация может приобретать больше тех товаров, которые сама не производит. При этом все участники внешней торговли оказываются в выигрыше. Следовательно, свободная торговля позволяет странам потреблять не меньшее (а возможно, и большее) количество товаров, чем до специализации, минимизируя расходы рабочего времени, необходимые для создания данного объема товаров. Практическая проблема, которая вытекала из теории "относительных издержек", состоит в том, чтобы, во-первых, законодательными методами снять большинство ограничений на внешнюю торговлю в Великобритании и, во-вторых, убедить или заставить сделать то же самое правительства других стран, с которыми торгуют английские предприниматели. Нельзя сказать, что правительство Великобритании преуспело в практической реализации теории Д. Риккардо, т. к. оно само периодически вводило ограничения на импорт различных товаров, идя на поводу у различных слоев общества. Но на официальном уровне по отношению к другим государствам Европы фритредерство стало своеобразным знаменем английской политики в XIX в.

(крещён и возможно родился 5 июня (16 июня) 1723, Керколди, Шотландия, Великобритания — 17 июля 1790, Эдинбург, Шотландия, Великобритания)

Шотландский экономист, философ-этик; один из основоположников современной экономической теории.

Цитата: 52 - 68 из 71

Страна или государство, в котором мы родились, в котором мы выросли, под покровительством которого мы живем, представляет собой наимногочисленнейшее общество, на благоденствие или на несчастье которого оказывает влияние наше доброе или злое поведение. Поэтому общество это по необходимости интересует нас больше: помимо нас самих, все, что нам дорого, наши родители, наши дети, наши друзья, наши благодетели, то есть лица, которых мы более всего любим и уважаем, составляют часть этого великого общества, благосостояние и безопасность которого составляет их благосостояние и их безопасность.

Счастье посещает нас в разных видах и почти неуловимо, но я чаще видел его среди маленьких детей, у домашних очагов и в деревенских домиках, чем в других местах.

Та самая причина, которая приводит к повышению заработной платы, именно увеличение капитала, побуждает к повышению производительных способностей труда и даёт меньшему количеству труда возможность производить большее количество продуктов.

Только крайне малодушный и крайне пустой человек может находить удовольствие в похвалах, которых, как ему хорошо известно, он не заслужил.

Труд есть источник всякого богатства.

Труд представляет собою действительное мерило меновой стоимости всех товаров.

Трудно заставить человека понять что-либо, если его заработок обеспечивается непониманием этого.

Тщеславие есть не что иное, как несвоевременная попытка получить громкую известность, прежде чем мы заслужили ее.

. угрызения совести, самое ужасное из чувств, посещающих сердце человека. Оно порождается стыдом, оно вызывается собственным сознанием о преступлении, сожалением о его последствиях, состраданием к погибшей жертве, страхом наказания, несомненно следующего за справедливою местью со стороны всякого разумного существа.

Умеренность в проявлении нрава — всегда добродетель.

Умственные способности и развитие большой части людей, необходимо складываются в соответствии с их обычными занятиями, Человек, вся жизнь которого проходит в выполнении немногих простых операций… не имеет случая и необходимости изощрять свои умственные способности или упражнять свою сообразительность… становится таким тупым и невежественным, каким только может стать человеческое существо. Однообразие его неподвижной жизни естественно подрывает мужество его характера… Оно ослабляет даже деятельность его тела и делает его неспособным напрягать свои силы сколько-нибудь продолжительное время для иного какого-либо занятия, кроме того, к которому он приучен. Его ловкость и умение в его специальной профессии представляются, таким образом, приобретёнными за счёт его умственных, социальных и военных качеств. Но в каждом развитом цивилизованном обществе в такое именно состояние должны неизбежно впадать трудящиеся бедняки (the labouring poor), т. е. основная масса народа.

Установление совершенного правосудия, совершенной свободы и совершенного равенства — вот тот совсем простой секрет, который наиболее действенным образом обеспечивает наивысшее преуспевание всех классов.
(Из «Исследования о природе и причинах богатства народов», 1776 год
(The establishment of perfect justice, of perfect liberty, and of perfect equality is the very simple secret which most effectually secures the highest degree of prosperity to all the classes.
(О справедливости и правосудии)

Характер каждого человека оказывает влияние на счастье прочих людей, смотря по тому, имеет он свойство приносить им вред или пользу.

Цены монополии во всех случаях являются самыми высокими из тех, которые, можно выжать из покупателей или которые, как предполагается, они согласны заплатить.

Чего еще нужно для счастья человеку, у которого есть здоровье и чистая совесть и нет долгов?

Человек – это животное, заключающее сделки; ни одно другое животное этого не делает: ни одна собака не меняется костью с другой.

Человек обычно рассматривается государственными деятелями и прожекторами (т.е. политиками) как некий материал для политической механики. Прожектеры нарушают естественный ход человеческих дел. Для того, чтобы поднять государство с самой низкой ступени варварства до высшей ступени благосостояния, нужны лишь мир, легкие налоги и терпимость в управлении; все остальное сделает естественный ход вещей. Все правительства, которые насильственно направляют события иным путем или пытаются приостановить развитие общества, противоестественны. Чтобы удержаться у власти, они вынуждены осуществлять угнетение и тиранию.

  • Пред.
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • Cлед.

economy

Для того чтобы поднять государство с самой низкой ступени варварства до высшей ступени благосостояния, нужен лишь мир, легкие налоги и терпимость в управлении; все остальное сделает естественный ход вещей.

Адама Смита считают отцом экономики как науки, у которой был долгий путь становления. Мытарства этой науки, вероятно, можно считать законченными, после учреждения Нобелевской премии по экономике, что произошло только в 1969 году. С тех пор набралось более семидесяти лауреатов. Пожалуй, это единственный раздел, где два номинанта могут получить награду, защищая диаметрально противоположные точки зрения. Непростой путь проделала и профессия экономиста. Теперь экономист — это звучит гордо и хорошо оплачивается. Есть каста «элитных» экономистов, они анализируют, планируют и сопровождают финансово-хозяйственную деятельность «элитных» компаний.

Но для обывателя, обремененного неустойчивым положением рубля, мыслями, где достать деньги, где учиться, лечиться и так далее, экономист — существо чуждое и бесполезное. Несмотря на то, что в каждой семье может быть по дипломированному экономисту, прямого отношения к благосостоянию, наведению порядка в семейном бюджете это не имеет. А ведь буквально слово «экономика» с греческого переводится как «правила ведения домохозяйства», то есть подразумевается рачительность, бережливость и преумножение. В чем же причина такой нестыковки?

economy

Адам Смит считается классиком политэкономии, но он никогда не преподавал на кафедре политэкономии, не было такой кафедры и быть не могло. Он преподавал на кафедре философии, в экономику пошел как философ с целью кое-что исследовать. Таким образом, читая курс философии, Смит говорит об альтруистическом человеке, читая курс политэкономии — об эгоистическом Homo Economicus. Но для Смита это был один и тот же человек! Позднее произошел «разрыв», и теперь считается, что человек бывает «просто человек», а бывает — экономическая единица, в жизни одни законы, а в экономике другие. И это великое заблуждение. Смит считал, что экономические отношения людей объясняются их личностными качествами . Смит изучал это с позиций морали и нравственности, с позиций гражданских и государственных экономических норм. Он отметил, что «одинаковое у всех людей, постоянное и неисчезающее стремление улучшить свое положение — это начало, откуда вытекает как общественное и национальное, так и частное богатство». К слову, Смит сделал правильные выводы из своей же теории, последние 12 лет жизни он провел в Эдинбурге, заняв должность таможенного комиссара Шотландии и став весьма обеспеченным человеком. Правда, современники отмечали, что он не изменил скромному образу жизни «настоящего ученого».

Сейчас часто можно слышать фразу: «Этого требуют интересы компании». Как правило, под ней скрывается какая-то гадость, которую уже сделали конкретному человеку (коллеге, подчиненному, партнеру) или собираются сделать. Надо чуть подумать, и станет ясно, чьи именно интересы подразумеваются. Нет никаких фирм, государств и домохозяйств, есть различные комбинации людей.

economy

У современной науки есть ответы на многие вопросы. Например, институциональная экономическая теория выдвигает два положения: об ограниченной рациональности человека и склонности его к оппортунистическому поведению.

«Ограниченная рациональность» — не глупость или тупость, как может показаться. Нобелевский лауреат Герберт Саймон подробно обосновывает эту концепцию в своей книге «Модели человека». До выхода книги многие учёные считали, что человек — существо рациональное и в различных ситуациях всегда стремится получить максимум. По мнению Саймона, существует некоторый уровень устремлений, который конкретный человек считает для себя удовлетворительным и к которому стремится. Чтобы действительно найти оптимальное решение в сложной ситуации, нужно проанализировать много вариантов, от чего, как правило, люди отказываются. Но при этом у человека все равно есть простой алгоритм, чтобы решить множество разнообразных вопросов.

«Оппортунистическое поведение» предполагает тайное или явное следование собственным интересам в ущерб целям партнера и пренебрежение нормами морали. Хитрость и коварство. Об этом нам поведал другой нобелевский лауреат Оливер Уильямсон. Многие экономисты изучают природу человека и используют эти знания для создания наиболее безопасных моделей организаций, думают, как предотвратить риски, связанные с этими факторами. Становится очевидно, что если, например, некий глава компании, зная о своей научно доказанной склонности к аморальному поведению, должен построить свое дело и отношения в нем так, чтобы не пришлось говорить коллеге, подчиненному или партнеру: «Прости, ничего личного, это бизнес» . Конечно, в идеале такими же образованными в этом смысле должны оказаться и все участники событий, и тогда удастся соблюдать гуманистический принцип жизни: человек не может быть средством, а всегда только цель!

economy

В этой статье немного моих собственных мыслей. Мало того, я очень далека от экономической науки. Но есть ученые-экономисты, чье мнение мне кажется очень интересным, чьи взгляды я разделяю. Среди уже упомянутых есть наш соотечественник, заведующий кафедрой прикладной институциональной экономики, декан экономического факультета МГУ им. Ломоносова Александр Александрович Аузан.

economy

Прочитав его книги, увидев интервью с ним, я отважилась поговорить на тему экономики. Прежде всего, о том, какое у нас место в ней, у обычных людей. Аузан говорит простым понятным языком, не раздувает щек и не напускает туману. Говорит о странных для привычного экономиста вещах. Например, о том, что необходимо учитывать такие ресурсы, как особенности жизни и поведения людей в конкретной стране. Опыт успешных модернизаций экономик целых стран в современном мире указывает на то, что это стало возможным только с учетом этих ресурсов. Приведу его же пример с Южной Кореей. Сельскохозяйственная рисоводческая страна захотела стать ведущей машиностроительной страной. И учла, что большинство населения с малых лет прекрасно знает, как выращивать рис, что в обществе огромную роль играют родственные связи. Осталось объяснить людям, что собрать любой агрегат — это примерно то же самое, что вырастить рис: это некая последовательность действий. И корейцы довольно быстро перестроились. Кроме того, они наплевали на советы западных экономистов, что нехорошо, мол, когда родственники работают в одной компании. А у корейцев это как раз хорошо и правильно. Оказалось, что трений между сотрудниками меньше, а эффективность труда выше.

economy

Какие ресурсы надо учитывать, чтобы мы смогли совершить прорыв в нашей экономике? Есть три основных, по мнению Аузана. Во-первых, россияне могут создавать уникальные вещи в единственном экземпляре (космический спутник, гидротурбина и пр.), а серию элементарных бытовых приборов — запорют. Во-вторых, можно легко работать в авральном режиме, но тяжело дается размеренный цикличный труд. В-третьих, у нас плохо получается договариваться с людьми, именно поэтому редко удается хороший менеджмент. Что делать? Наращивать в обществе качества, зависящие от социализации, неумения, перечисленные выше, не являются приговором, генетическим уродством . Все можно воспитать, привить и развить за 10–15 лет при учете, что будут признаны важными эти факторы. И можно сделать так, что люди не только научатся работать системно, но и будут от этого получать удовольствие, научатся исполнять законы, платить налоги…

Мне вспомнились студенческие годы, пришедшиеся на перестройку. Все-таки в трёпе за чашкой кофе в буфете тоже было много полезного. Вспоминается горячий спор: все выдвигали свои версии, когда в нашей стране недостроенного социализма, в связи с переменами, победит капитализм, а мы заживем в буржуазном сытом раю. Через десять лет — вот, что чаще всего звучало из уст молодых людей того времени! Но я занудно выступила тогда с предположением, что потребуется лет пятьдесят, и если не будет никаких потрясений. В России не удавалось выработать готовность к длительным реформам преобразования, все время что-то случалось и сводило реформы на нет, об этом как студентка истфака я уже могла судить.

Без переформирования всех институтов не удастся зажить хорошо, а на переформирование нужно время, и гораздо больше, чем десять лет. На меня тогда набросились однокашники, никто не хотел ждать пятьдесят лет… И тут я слышу от уважаемого ученого А. А. Аузана, что есть статистика за последние 200 лет, из которой ясно, что только пять стран смогли совершить переход из мира отсталого в мир развитый: Южная Корея, Япония, Тайвань, Сингапур, Гонконг. Им потребовалось для этого 50 лет чистого времени. Конечно, мне близка такая точка зрения! Ведь она практически моя! Есть три условия, которые необходимо соблюдать, чтобы начать этот 50-летний переход:

1) элиты (политические, экономические) должны создавать законы для себя и распространять их на всех граждан, а не создавать законы для других, а себя исключать из рядов тех, кто должен их исполнять;

2) элиты не должны делить между собой инструменты насилия и давления, а должны коллективно контролировать их;

3) организации (политические, коммерческие и прочие) должны выстраиваться так, чтобы были жизнеспособными и эффективными за пределами срока жизни их создателя.

Все экономические теории спорные и противоречивые. Одни оказываются более жизнеспособными, другие менее. Но одно ясно, быстро ничего не делается. Быстро только кошки родятся!

economy

А нам что остается? Остается быть счастливым, не в смысле « получилось » или « получится », а в смысле «получается»! Да, придется смириться и просто жить. Но это становится легко сделать, если тебе кто-то объяснит и докажет, что все требует времени и терпения. И тогда не будут казаться страшными периоды в 50 или 100 лет. Да, нам, может, и не придется жить в «эту пору чудесную», но и сегодня мы можем работать, учиться, общаться, развиваться, меняться, добиваться успеха, становиться богатыми. Но вот, по мнению самого Адама Смита, единственным сокровищем человека является память, лишь в ней его богатство или бедность. Что он имел в виду?



Anastasia Dmitrievna Reut



Сергей Федорович Максимов

Специалист по интернет-маркетингу



Владислав Олегович Мякишев



Сергей Анатольевич Куимов



Алексей Викторович Хохлов

«Развитие прежде всего»



Леонид Алексеевич Лемов



Валерия Вадимовна Мартемьянова

Сотрудник служб поддержки



Андрей Валерьевич Новичков


Поднять запись


Сергей Александрович Бурмин


Сергей Александрович Бурмин

Раньше интернета не было, и всякие умные дядьки развлекались тем, что писали свои умности на бумаге. Перед вами список из 8 книг, которые произвели революции в своих областях. Это, конечно, не маст-рид и вообще тяжелое для мозга чтиво, но знать о них в общих чертах должен любой человек.

Манифест Коммунистический партии

Карл Маркс и Фридрих Энгельс, 1848

manifest kom part 8 книг, которые изменили мир
Это одна из самых влиятельных и важных политических книг, которые изменили мир. «МКФ» — рукопись, которая помогла правам и освобождению рабочего класса, выдвигая на первый план недостатки капитализма, который способствовал классовой борьбе. В этой книге представлен исторический и современный анализ природы общества и модель потенциального будущего коммунизма.

Когда в ходе развития исчезнут классовые различия и все производство сосредоточится в руках ассоциации индивидов, тогда публичная власть потеряет свой политический характер. Политическая власть в собственном смысле слова — это организованное насилие одного класса для подавления другого.

Права Человека

Томас Пейн, 1791

Has Rights 8 книг, которые изменили мир
Смелая и спорная книга для французских и английских правительств. В ней утверждается, что политические революции допустимы, если национальное правительство не в состоянии защитить своих людей, обеспечить охрану их естественных прав и национальных интересов. Очень актуально для современной России, не смотря на то, что была написана более 2х столетий назад.

Когда все остальные права попраны, право на восстание становится бесспорным.

Нам принадлежит неотъемлемое право иметь собственное правительство, и всякий, кто всерьез поразмыслит над непрочностью человеческих дел, придет к убеждению, что куда разумнее и безопаснее хладнокровно и обдуманно выработать собственную конституцию, пока это в нашей власти, нежели доверить столь значительное дело времени и случаю.

Происхождение видов

Чарльз Дарвин, 1859

e`volyuts 8 книг, которые изменили мир
Кто не слышал о теории эволюции Дарвина? Исследование этого ученого помогло знанию о поведении животных, размножении, развитии и естественном отборе. Книга «Происхождение видов» является величайшей научной работой, она произвела переворот в науке и стала причиной многочисленных скандалов и споров, не смолкающих и в наши дни. Особенно эта книга задевает верующих, так как впервые версия о божественном происхождении всего живого на Земле получила такое серьезное опровержение.

Умирает только хилое и слабое. Здоровое и сильное всегда выходит победителем в борьбе за существование.

Обыкновенно не те, которые знают много, а те, которые знают мало, всего увереннее заявляют, что та или другая задача никогда не будет решена наукой.

Толкование сновидений

Зигмунд Фрейд, 1900

son 8 книг, которые изменили мир

Пожалуй, единственная книга из списка, которую действительно интересно почитать. Думаешь, если тебе снится кабачок, то этот сон на самом деле про кабачок? Ха-ха. В «Толкование сновидений» Фрейда вводит понятие интерпретации мечты, и рассказывает, как мечты формулируют наши тайные желания. Фрейда бесспорно сформулировал интересные и революционные идеи в психологии.

Иллюзии привлекают нас тем, что избавляют от боли, а в качестве замены приносят удовольствие. За это мы должны без сетований принимать, когда, вступая в противоречие с частью реальности, иллюзии разбиваются вдребезги.

Иногда сигара — всего лишь сигара.

Словарь

Сэмюэль Джонсон, 1755

books 8 книг, которые изменили мир
После девяти лет научной работы и исследований, Сэмюэль Джонсон издал то, что скоро должно было стать одним из основополагающих словарей на английском языке в 1755. Спустя примерно 170 лет после его публикации его считали выдающимся английским словарем.

Любой человек имеет право говорить то, что он считает нужным, а любой другой человек имеет право бить его за это.

Исследование о природе и причинах богатства народов

Адам Смит, 1776

denge 8 книг, которые изменили мир
В этой книге подробно описаны основы современной экономике. Она появилась как размышление об экономике в начале Промышленной революции. Ее главный аргумент — защита экономики свободного рынка, который должен повысить производительность общества. Идеи Смита используются в теории экономики по сей день.

Чтобы научить людей любить справедливость, надо показать им результаты несправедливости.

Чтобы поднять государство с самых низких ступеней варварства до вершин благосостояния. нужны лишь мир, легкие налоги и терпимость в управлении, все остальное сделает естественный ход вещей.

Математические начала натуральной философии

Исаак Ньютон, 1684

newton 8 книг, которые изменили мир
Книга рассказывает в общих чертах о силе тяжести, исчислении, механике, свете. Эта работа Ньютона является основополагающей для сегодняшнего понимания математики и физики. Рекомендуется только тем, у кого была пятерка по физике в школе.

Не должно принимать в природе иных причин сверх тех, которые истинны и достаточны для объяснения явлений… Природа ничего не делает напрасно, а было бы напрасным совершать многим то, что может быть сделано меньшим. Природа проста и не роскошествует излишними причинами.

Хижина дяди Тома

Харриет Бичер-Стоу, 1852

mavritanskie rabyi 8 книг, которые изменили мир
Известный роман, направленный против рабовладения в Америке. Он оказал значительное влияние на отношение мировой общественности к афроамериканцам и рабству. Считается, что роман обострил один из местных конфликтов на почве рабства, что привело к Гражданской войне в США.

Самые горькие слезы над гробом мы проливаем из-за слов, которые так и не были сказаны, и поступков, которые так и не были совершены.

Читайте также: